FALERISTIKA.SU

Форум по изучению наград и истории

All times are UTC + 2 hours [ DST ]




Post new topic Reply to topic  [ 9 posts ] 
Author Message
PostPosted: Mon Nov 30, 2020 4:29 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
1.


Attachments:
aprf_077.jpg
aprf_077.jpg [ 89.45 KiB | Viewed 5368 times ]
aprf_078.jpg
aprf_078.jpg [ 160.38 KiB | Viewed 5368 times ]
aprf_079.jpg
aprf_079.jpg [ 135.91 KiB | Viewed 5368 times ]
aprf_080.jpg
aprf_080.jpg [ 111.55 KiB | Viewed 5368 times ]
aprf_081.jpg
aprf_081.jpg [ 82.85 KiB | Viewed 5368 times ]
Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Mon Nov 30, 2020 4:30 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
2.


Attachments:
aprf_082.jpg
aprf_082.jpg [ 92.88 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_083.jpg
aprf_083.jpg [ 76.78 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_084.jpg
aprf_084.jpg [ 98.38 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_085.jpg
aprf_085.jpg [ 92.3 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_086.jpg
aprf_086.jpg [ 100.95 KiB | Viewed 5367 times ]
Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Mon Nov 30, 2020 4:31 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
3.


Attachments:
aprf_087.jpg
aprf_087.jpg [ 90.76 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_088.jpg
aprf_088.jpg [ 78.23 KiB | Viewed 5367 times ]
aprf_089.jpg
aprf_089.jpg [ 76.74 KiB | Viewed 5367 times ]
Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Mon Nov 30, 2020 5:02 pm 
Offline

Joined: Fri Feb 06, 2015 11:26 am
Posts: 678
Монгольский национальный герой Мастур-Батор.


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Mon Nov 30, 2020 7:58 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
Леонид Брежнев. Без анекдотов
Историческое содержание его эпохи - хлеб для народа


Для многих россиян Леонид Ильич Брежнев (1906-1982) - заядлый любитель награждать себя всевозможными орденами и знаками отличия, комический герой анекдотов и живое олицетворение эпохи застоя. Как острили сатирики, Брежнев - мелкий политический деятель времен академика Сахарова и Аллы Пугачевой, прославившийся разве что густыми бровями: "Брови Брежнева - это усы Сталина на повышении".

Факты опровергают ошибочность поверхностных житейских представлений о незаурядном политике, в течение восемнадцати лет, с 1964‑го по 1982 год, стоявшем во главе Советского Союза. Недавно рассекреченный и в 2016 году опубликованный издательством "Историческая литература" трехтомный 3568‑страничный капитальный исторический источник - "Рабочие и дневниковые записи" Брежнева и "Записи секретарей приемной Л.И. Брежнева" - позволяет понять, какова была "кухня" принятия политических решений в брежневскую эпоху. И каким человеком был тот, о ком при его жизни советские пропагандисты говорили с придыханием "и лично дорогой Леонид Ильич".

Все три тома подготовлены исключительно тщательно: при составлении примечаний и справочного аппарата составители использовали уникальную архивную информацию, 60% которой было специально рассекречено именно для этого издания.

Проверка культом личности

1 ноября 1961 года, после окончания работы XXII съезда партии, единогласно принявшего решение вынести тело Сталина из Мавзолея, Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Николай Петрович Каманин с возмущением написал в дневнике: "В Президиуме ЦК остались Хрущев, Микоян, Косыгин, Суслов - все это люди, на которых падает зловещая тень Сталина и которым, если уж ворошить старые дела, следовало бы за многое ответить перед народом. … Через восемь лет после смерти Сталина, опомнившись от страха перед ним, они выбрасывают его прах из Мавзолея и приписывают только ему одному все черные дела, в которых замараны и их руки. А ведь по логике вещей эти прожженные политиканы должны были бы признать и свою долю ответственности за злодеяния "культа личности" и сделать единственно правильный шаг - отойти от руководства партией и страной"

Хрущев был кумиром шестидесятников. После его отстранения от власти либеральная интеллигенция настаивала, чтобы Брежнев непременно продолжил и обязательно усилил хрущевский курс по разоблачению сталинских ошибок и преступлений. Леонид Ильич думал иначе.

Никита Сергеевич вывихнул сустав времени.

Леонид Ильич видел свою миссию в том, чтобы вывихнутый сустав вправить.

Означает ли это, что он был оголтелым сталинистом?

Вовсе нет. Став генсеком, он один-единственный раз зафиксировал в своих рабочих записях имя Сталина2. 27 октября 1967 года на заседании Политбюро ЦК КПСС было принято решение о нецелесообразности упоминания имени Сталина в докладе Брежнева "Пятьдесят лет великих побед социализма", посвященном 50‑й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.

Но рабочие записи Леонида Ильича позволяют глубже разобраться с его отношением к Сталину и его наследию:

"Мы должны считаться с тем, что не все подготовлены к полному пониманию"4.

Речь в незавершенной, оборванной на полуслове брежневской записи идет о допустимых пределах разоблачения культа личности Сталина, его ошибок и преступлений. Чтобы не потянуть дальше цепочку разоблачений? Не оскорбить ветеранов? Не вызвать раскола в обществе? При Брежневе как само имя Сталина, так и репрессии времен Большого террора постепенно превратились в знаковую "фигуру умолчания": о них не принято было вспоминать.

Образованное общество однозначно расценило брежневское нежелание говорить о сталинских преступлениях как стремление Брежнева провести "ползучую" реабилитацию Сталина. Это вызвало нескрываемое раздражение шестидесятников и способствовало формированию негативного образа генсека в сознании либеральной интеллигенции.

Образованное общество упорно не желало замечать неуклонную либерализацию политического режима при Брежневе.

Либерализм эпохи застоя

"Период нахождения у власти Л.И. Брежнева характеризовался самыми низкими показателями деятельности тайной полиции в СССР. Так, если при "десталинизаторе" Хрущеве в 1956-1965 гг. за антисоветскую пропаганду и агитацию в среднем ежегодно осуждалось около 575 человек, то при Брежневе в 1966-1980 гг. этот же показатель составил 123 человека, а с учетом данных за 1981-1985 гг. еще меньше - 119 человек"5.

В это же самое время любимец шестидесятников Илья Григорьевич Эренбург в культовой книге "Люди, годы, жизнь", попытался осмыслить исполинскую и противоречивую фигуру Сталина в масштабе большого исторического времени:

"В марте 1953 года я понимал, что Сталин по своей природе, по облюбованным им методам напоминает блистательных политиков эпохи итальянского Возрождения.

…Я не случайно вспомнил времена итальянского Возрождения. Макиавелли писал, что для создания сильного государства любые средства хороши - яд, доносы, убийства из-за угла; он предлагал правителю сочетать в себе храбрость льва с хитростью лисицы, быть мудрым, как человек, и хищным, как зверь. Для Медичи или Борджиа такие советы были, наверно, полезны, но для коммуниста они неприемлемы"6.

Подобного рода исторические параллели были немыслимы ни для Брежнева, ни для его ближайшего окружения. Им было чуждо любое абстрактное теоретизирование по поводу соотношения морали и политики. Леонид Ильич никогда не претендовал на роль утонченного интеллектуала или философа, но он раньше других задумался над тем, за что грубый и жесткий руководитель может быть любим подчиненными.

И сделал из этого практические выводы.

По сталинским долгам

В брежневских рабочих записях появляется парадоксальная фраза:

"Вот Абакумов - грубый, а его любили или Лихачев"7.

Генерал-полковник Абакумов Виктор Семенович в годы войны был начальником Главного управления контрразведки "СМЕРШ", а после войны - министром государственной безопасности СССР. Лихачев Иван Алексеевич - легендарный директор ЗИСа и нарком среднего машиностроения СССР. Сталинские выдвиженцы Абакумов и Лихачев были очень жесткими, порой исключительно жестокими руководителями сталинского типа, но они всегда проявляли неподдельную заботу об обустройстве повседневного быта своих подчиненных и их семей.

Леонид Ильич Брежнев решил перенять их опыт в своей практической деятельности.

24 мая 1945 года, выступая в Кремле на приеме в честь военачальников Красной армии, Сталин провозгласил тост за здоровье русского народа: "У него имеется ясный ум, стойкий характер и терпение". Вождь, прежде чем дать разрешение на публикацию своего выступления, собственноручно выправил и тщательно отредактировал стенограмму. Перечисляя выдающиеся качества русского народа, он решил упомянуть о его "крепкой спине", но затем вычеркнул эти слова, ибо не хотел нежелательных ассоциаций8. Иными словами, все народы страны должны учиться терпению у "наиболее выдающейся нации из всех наций, входящих в состав Советского Союза", ибо никаких изменений, никаких послаблений в ближайшее время не предвидится.

Лишь единицы, подобно отчаянной работнице швейной фабрики, выразили свое несогласие: "Тов. Сталин поднимает тост за здоровье нашего народа, за то, что наш народ стойкий и терпеливый, за то, что он завоевал победу, а почему же после победы т. Сталин ничего не дал народу"9.

Вознаградить народ за проявленное им терпение - это стало главной задачей Брежнева. Именно он расплатился со сталинскими долгами перед народом, одержавшим Великую Победу. После отстранения от власти Хрущева Брежнев начал свое правление с того, что проявил нешуточное беспокойство о жизни и судьбе простых граждан и провозгласил новый курс, направленный на "поднятие жизненного уровня нашего народа"

Как помочь малоимущим

Леонид Ильич умел и любил работать с деловыми бумагами. Едва придя к власти, он берет шариковую ручку и на большом листе отрывного, перекидного блокнота делает красноречивую запись:

"Большая группа людей примерно до 6 мн (миллионов. - Авт.) - имеют на душу доход меньше минимума и находятся в затруд(нительном) положении"11.

Глава партии и государства задает резонный вопрос:

"Как помочь малоимущим людям?"

Ответом стала вся его политическая деятельность. Впервые за годы существования советской власти глава государства задумался о повседневной жизни тех, кого Сталин именовал "колесиками" и "винтиками" великого государственного механизма и видел в них лишь объект управления, а не предмет заботы и попечения.

Примеру "старшего брата" незамедлительно последовали лидеры компартий социалистических стран. 7 сентября 1965 года, во время визита в Москву первого секретаря ЦК Компартии Чехословакии и президента страны Антонина Новотного, Брежнев фиксирует важный тезис выступления Новотного во время переговоров: "…Мы особое внимание уделяем удовлетворению нужд населения. Жилье - товары"12.

В 1969 году Брежнев перьевой ручкой делает в тетради выразительную запись о тружениках Кулундинского района, расположенного в западной части Алтайского края. Кулунда - главный сельскохозяйственный район края, где 30 сентября выпал снег:

"На 10 человек - одна шапка - позор"13.

Затем берет в руки цветной фломастер и для памяти подчеркивает сделанную запись волнистой линией. Вслед за тем этим же фломастером пишет о ситуации в Сибири и подчеркиванием выделяет конец фразы:

"Теплые вещи - народ требует одежду - обувь"14.

Слова не расходились у Леонида Ильича с делами. Брежнев принял страну, в которой номенклатура еще донашивала старомодные бостоновые костюмы и архаичные габардиновые пальто сталинской эпохи, а сдал преемнику сверхдержаву, где, как сказал герой популярной кинокомедии, "в джинсы уже облачились даже самые отсталые слои населения". Не составлял исключения и сам генсек. "Смотри, какие джинсы мне подарили", - хвастался Л.И. Брежнев, с явным удовольствием поворачиваясь и демонстрируя ладно сидящий на его дородной фигуре символ американского образа жизни, перетянутый шикарным ремнем с огромной фирменной пряжкой Pepsico".

Именно при Брежневе у населения появились деньги, чтобы одеваться не только добротно, но и модно.

Появились деньги!

На что не жалко денег

1 января 1965 года был установлен минимальный размер зарплаты рабочих и служащих - 40-45 рублей в месяц.

С 1 июля 1966 года - впервые в истории СССР введена гарантированная ежемесячная оплата труда колхозников.

25 декабря 1972 года - принят указ о прекращении взимания налогов с заработной платы до 70 рублей в месяц.

24 сентября 1974 года - установлены пособия на детей в малообеспеченных семьях, где совокупный доход на одного члена семьи не превышал 50 рублей в месяц.

23 ноября 1978 года - введены дополнительные льготы участникам и инвалидам Великой Отечественной войны.

7 марта 1980 года - установлены новые льготы ветеранам, направленные на улучшение их материально-бытовых условий.

Если в 1964 году среднемесячная зарплата рабочих и служащих в народном хозяйстве СССР составляла 90 рублей 10 копеек, то в 1982‑м она выросла до 177 рублей 30 копеек16.

Рост зарплаты достиг 97%!

Среди памятных записей в блокноте Брежнева мы находим и такую, сделанную красным карандашом и заключенную в рамочку - синим. (Рабочие записи генсека отличаются яркой цветовой гаммой текста, подробно описанной публикаторами документов.)

"Не жалеть денег там, где они сыграют положительную роль".

При непосредственном содействии Брежнева в стране была установлена пятидневная рабочая неделя, а 8 марта и 9 мая стали нерабочими днями.

С 1974 года колхозникам начали выдавать паспорта. Крестьяне расстались с унизительным статусом граждан "второго сорта". Ушло в прошлое "вторичное закрепощение крестьян", начало которому положила сталинская всеобщая коллективизация.

Помадка для Галочки

Леонид Ильич был всегда готов помочь всем, кого знал лично.

В 1967 году в его настольном блокноте появляется краткая запись: "О зарплате тов. Андропова"19. И по предложению Брежнева Политбюро принимает решение: сохранить за новым председателем КГБ материально-бытовое обеспечение и медицинское обслуживание, которым Юрий Владимирович Андропов пользовался как секретарь ЦК КПСС. (Секретарю ЦК полагались более весомые льготы, чем председателю КГБ.)

В 1968‑м - запись, подчеркнутая двойной чертой: "Дать по Чайке всем маршалам"20. И в ознаменование 50‑летней годовщины Советской армии военачальники получают автомобиль "Чайка" (ГАЗ-13).

В 1973‑м - на обрывке бумажного листа простым карандашом фиксирует руководящее указание, адресованное академику Евгению Ивановичу Чазову, возглавлявшему Четвертое главное управление при Министерстве здравоохранения СССР: "Плиев - болен; помочь; Лопаткину - поручить посмотреть"21. Академик медицины Николай Алексеевич Лопаткин, ведущий уролог и нефролог страны, оказывает необходимую медицинскую помощь дважды Герою Советского Союза генералу армии Иссе Александровичу Плиеву. После своевременно оказанной помощи военачальник проживет еще шесть лет.

А своим близким генсек посылает сладости с банкетного стола. "Отправил 5 коробок конфет Вик. Петровне (супруге. - Авт.). Отправил Галочке (шестилетней правнучке. - Авт.) помадки - тоже со стола, но привезенные вчера"22. Сам Леонид Ильич из-за проблем с зубами к конфетам был равнодушен, но очень любил десертный шоколад "Апельсин"…

Р.S.

Брежнев не кривил душой, когда в декабре 1978‑го откровенно заявил:

"…Есть две вещи, которые всегда были и будут наиболее близки моему сердцу, всегда были и будут предметом моих главных забот. Это хлеб для народа и безопасность страны"18.

Лучше не скажешь.

Короткая фраза формулирует проблему четче, чем толстые монографии по философии истории и политологии. Если смотреть на период брежневского правления в масштабе большого исторического времени, то именно эти две главные заботы - "хлеб для народа и безопасность страны" - составляют единственное историческое содержание брежневской эпохи.


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Wed Dec 02, 2020 12:27 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
Принуждение и убеждение традиционно выступали двумя главными столпа­ми, на которых зиждилась власть Коммунистической партии в СССР. В «совет­ской» модели взаимоотношений власти и общества, окончательно сложившейся в 1930-е гг., массовые репрессии органично и эффективно дополнялись агита­цией и пропагандой. Однако в послевоенный период истории Советского Союза эта модель стала испытывать определённые пертурбации, в результате которых роль репрессивной составляющей значительно уменьшилась.

Уже в последние годы жизни И.В. Сталина репрессии стали менее частыми и жестокими, утратив интенсивность, свойственную им в довоенный период.

«Славное десятилетие» Н.С. Хрущёва ознаменовалось массовой реабилитаци­ей политических заключённых, ликвидацией системы ГУЛАГ, крестьянской и этнической ссылки. Однако количество лиц, репрессированных при Хрущёве за антисоветскую агитацию и пропаганду, особенно во второй половине 1950-х гг., продолжало оставаться сравнительно высоким. Как отмечают составители сборника документов, посвященного проблеме инакомыслия в СССР, «всплеск» политических репрессий после XX съезда КПСС «противоречит мифу о хру­щёвской "оттепели"».

Самые низкие показатели деятельности карательного аппарата в СССР пришлись на период нахождения у власти Л.И. Брежнева. Если при Хрущёве в 1956-1964 гг. за антисоветскую пропаганду и агитацию в среднем ежегод­но осуждалось около 636 человек, то при Брежневе в 1965-1982 гг. этот же показатель составил 115 человек. Так, например, за первое полугодие 1980 г. органами КГБ было привлечено к уголовной ответственности 243 человека, из них за особо опасные государственные преступления - 59 человек (в том числе 18 - за измену Родине), 40 активных антисоветчиков и 94 контрабандиста и валютчика. Разумеется, эта статистика не охватывает весь масштаб полити­ческих репрессий. Так, религиозные диссиденты осуждались по статьям 142. 143 и 227 УК РСФСР и соответствующим статьям Уголовных кодексов других союзных республик, и их количество было сопоставимо с числом осуждённых «антисоветчиков». Известна также практика, когда политических противни­ков режима судили по «уголовным» статьям. Тем не менее приведённая выше статистика адекватно отображает общую тенденцию: органы государственной безопасности всё в большей степени заменяли репрессивные практики так на­зываемым профилактированием. Если перефразировать Анну Ахматову, то в СССР при Брежневе вновь наступили «вегетарианские времена».

Такая относительная либеральность во многом была следствием центрист­ской позиции во внешней и внутренней политике, занятой «коллективным руководством» во главе с Брежневым, а также курса на «неуклонный рост благосостояния советского народа» в экономике, что во многом сняло остроту адаптации к режиму для подавляющего большинства населения. Так, впервые в истории СССР государство из года в год инвестировало значительные суммы в сельское хозяйство, что позволило колхозникам постепенно расстаться со своим статусом «третьесортных» граждан. Большую роль в этом также сыграла выдача паспортов всем колхозникам, начиная с 1974 г. Что касается рабочих, то проблема адаптации к политическому режиму в период «застоя» стояла перед ними в ещё гораздо меньшей степени, чем перед колхозным крестьянством: 1960-1970-е гг. характеризовались неуклонным ростом заработной платы ра­бочих, из года в год увеличивалось количество семей, получивших отдельную квартиру, в позитивную сторону менялся быт рабочих. Д. Миллар охарактери­зовал сложившуюся систему взаимной коадаптации политического режима и населения как «Little Deal», «маленькую сделку», которая заключалась в том, что государство обеспечивало населению социальную безопасность и опреде­лённый уровень благосостояния, а также закрывало глаза на «теневую эконо­мику», низкую производительность труда и личное хозяйство колхозников. В свою очередь, население демонстрировало лояльность режиму, не подвергая открытому сомнению официальные правила и нормы. Советский народ вы­разил одно из главных условий «маленькой сделки» весьма лаконично: «Они делают вид, что нам платят, а мы делаем вид, что работаем».

Отказавшись при Брежневе от массовых политических репрессий как от одной из главных структурных составляющих советской цивилизации, власть оказалась перед жёсткой необходимостью заменить карающий «кнут» нака­зания «пряником» материального и морального поощрения. Однако матери­альное стимулирование трудящихся фактически завело руководство КПСС в ловушку. Как констатируют публикаторы выступления Брежнева на пленуме ЦК КПСС 15 декабря 1969 г., «взяв курс на всемерное повышение жизненно­го уровня населения, советское руководство неожиданно осознало, что народ не понимает и не желает понимать, сколь сложна эта задача для советской экономики». Тенденция роста заработной платы, повсеместно опережавшей производительность труда, стала серьёзным бременем для народного хозяй­ства и вызывала нешуточную озабоченность руководства партии и государ­ства. «Я часто задумываюсь над таким вопросом, - признавался Брежнев. Надо серьёзно удовлетворять потребности народа, я задаю себе вопрос: где грань этим потребностям?».

В этой непростой ситуации «палочкой-выручалочкой» должно было высту­пить моральное стимулирование граждан к труду, высшей формой которого в СССР традиционно являлось награждение орденами и медалями. Только таким образом руководство партии и государства надеялось добиться позитивных из­менений в народном хозяйстве, не затрагивая коренных основ советской пла­новой экономики. Параллельно моральное поощрение, принявшее массовый характер, должно было помочь справиться с очевидным кризисом коммуни­стической идеологии, во многом обусловленным отходом населения от поли­тики и возвратом в приватную сферу, растущей аполитичностью молодёжи и её интересом к Западу. Настоящая статья призвана ответить на вопрос, так ли это было в действительности? Для решения поставленной задачи необходимо выявить формы и размеры награждений при Л.И. Брежневе, его личную роль в этом процессе, а также попытаться оценить степень успешности подобного воздействия на общество. Основными документальными источниками статьи выступают материалы Отдела наград Президиума Верховного Совета СССР, а также рабочие тетради/дневники Брежнева.

Большевики сделали первый шаг на пути создания своей собственной на­градной системы уже в 1918 г., учредив орден Красного Знамени. Пытаясь выделить её специфические черты, в первую очередь стоит отметить то, что советские награды отвечали требованию героизации бытия и подчёркивали преемственность и незыблемость революционных традиций. Кроме того, на­граждения выступали средством формирования, поощрения и дифференциа­ции советских элит. «Был только один дозволенный способ как-то заявить о себе, проявить исключительность или значимость, - вспоминала Лидия Орло­ва, главный редактор советского «Журнала мод» - надеть свои награды, ордена и медали, они - и только они! - свидетельствовали о положении человека в обществе, о достижениях в профессии и даже патриотизме. Ордена и медали были главным украшением костюма как мужского, так и женского».

Таблица 1 даёт возможность наглядно представить масштаб награждений орденами и медалями РСФСР/СССР за 1918-1982 гг.

Даже короткий взгляд, брошенный на эту статистику, приводит к выводу о резком снижении количества награждений в 1959-1964 гг., когда в среднем в год награждалось лишь около 23 тыс. человек. При этом абсолютный минимум на­граждений за всю послевоенную историю СССР был зафиксирован в последний год нахождения у власти Н.С. Хрущёва: в 1964 г. награды получили около 6 тыс. человек. У такой тенденции есть, по крайней мере, три объяснения.


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Wed Dec 02, 2020 12:28 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
оды 1918-1923 1924-1940 1941-1945
Количество 14 639 138 061 13 144 319 319 364 541 961 223 796 456 623 445 365 798 636 385 670 457 826 859 623
награждений Годы
Количество 121 569 287 9!0 211 727 171 386 20 065 38 087 30 889 22 479 25 364 5 891 121 687 673 423
награждений Годы 1978*
Количество 251 800 184 080 62 246 878 217 147 872 391 103 346 943 573 041 283 803 -
награждений Годы 1979** Всего за 1979-19 82 гг.
Количество 52 430 44 484*" 440 000"'* 90 500 Около 685 тыс., из них 245 тыс. за конкретные трудовые успехи в ходе выполнения последних двух
награждений лет 10-й и первых лет 11-й пятилеток

Приведены статистические данные только об орденах и медалях СССР, без учёта наград, вручавшихся от имени Президиума Верховного Совета СССР, таких как медали за заслуги в обороне, взятии и освобождении городов и территорий в период Великой Отечественной войны; юбилейные медали; медали за заслуги в решении важнейших народнохозяйственных задач СССР; ордена и медали для награждения матерей (орден «Материнская слава» трёх степеней и медаль Материнства двух степеней); медали за заслуги при исполнении гражданского и служебного долга («За отличие в охране государственной границы»,«За отличную службу по охране общественного порядка», «За отвагу на пожаре», «За спасение утопающих»), а также медали «Ветеран труда», «Ветеран Вооружённых Сил СССР», «За укрепление боевого содружества». О практике вручения этих категорий наград см. ниже.

Таблица составлена по: ГА РФ, ф. 7523, он. 106, д. 3231; on. 117, д. 3420, 3256, 3281, 3517, 3572, 3546, 3713, 3862; оп. 136, д. 2179, 2312, 2354, 2448. Цифры награждений по 1975 г. включительно взяты нз развёрнутых статистических сведений за 1918-1975 гг., подготовленных Отделом наград Президиума Верховного Совета СССР (Там же, ф. 7523, оп. 117, д. 3420). Поскольку статистика награждений постоянноуточнялась и изменялась Отделом наград, цифры награждений за отдельные годы могут варьироваться в ту или иную сторону в пределах нескольких тысяч. Однако, несмотря на имеющиеся расхождения, приведённая статистика в целом верно отображает порядок явления и направление процесса.
Приведены статистические данные только об орденах и медалях СССР, без учёта наград, вручавшихся от имени Президиума Верховного Совета СССР, таких как медали за заслуги в обороне, взятии и освобождении городов и территорий в период Великой Отечественной войны; юбилейные медали; медали за заслуги в решении важнейших народнохозяйственных задач СССР; ордена и медали для награждения матерей (орден «Материнская слава» трёх степеней и медаль Материнства двух степеней); медали за заслуги при исполнении гражданского и служебного долга («За отличие в охране государственной границы»,«За отличную службу по охране общественного порядка», «За отвагу на пожаре», «За спасение утопающих»), а также медали «Ветеран труда», «Ветеран Вооружённых Сил СССР», «За укрепление боевого содружества». О практике вручения этих категорий наград см. ниже.

Таблица составлена по: ГА РФ, ф. 7523, он. 106, д. 3231; on. 117, д. 3420, 3256, 3281, 3517, 3572, 3546, 3713, 3862; оп. 136, д. 2179, 2312, 2354, 2448. Цифры награждений по 1975 г. включительно взяты нз развёрнутых статистических сведений за 1918-1975 гг., подготовленных Отделом наград Президиума Верховного Совета СССР (Там же, ф. 7523, оп. 117, д. 3420). Поскольку статистика награждений постоянноуточнялась и изменялась Отделом наград, цифры награждений за отдельные годы могут варьироваться в ту или иную сторону в пределах нескольких тысяч. Однако, несмотря на имеющиеся расхождения, приведённая статистика в целом верно отображает порядок явления и направление процесса.
* Данными за 1978 г. авторы не располагают.

*• Статистика награждений за 1979-1982 гг. приводится здесь безуказания наград за боевые заслуги.

*** Приведены данные лишь о работниках сельского хозяйства, единовременно награждённых в 1980 г.

"""Данные о разовом награждении по итогам выполнения 10-й пятилетки. По другим сведениям, в ходе разовой акции в 1981 г. были награждены 429 840 трудящихся (ГА РФ, ф. 7523, оп. 136, д. 2179, л. 4-10).

Во-первых, к концу 1950-х гг. завершилось интенсивно продолжавшееся в первое послевоенное десятилетие награждение участников Великой Отече­ственной войны. Так, в 1946-1956 гг. за боевые заслуги в годы войны были награждены 756 315 человек.

Во-вторых, указами Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1957 г. и 11 февраля 1958 г. была отменена практика награждений орденами и медалями СССР за выслугу лет, благодаря которой в 1946-1956 гг. награды по­лучили 2 069 549 военнослужащих и гражданских лиц. В указе от 14 сентября 1957 г. «О порядке награждения орденами и медалями СССР военнослужащих Советской Армии и Военно-Морского флота, войск Министерства внутренних дел СССР, войск и органов Комитета государственной безопасности при Со­вете Министров СССР» констатировалось: «Практика массового награждения военнослужащих за выслугу определённого количества лет в Армии и на Флоте без учёта характера выполняемых ими служебных обязанностей и конкретных заслуг привела к снижению значения наград, а само награждение орденами и медалями СССР перестало быть важным средством поощрения военнослужа­щих за достижение ими высоких успехов в боевой и политической подготовке, в укреплении воинской дисциплины и усилении боевой готовности войск». И хотя под указом стоят подписи К.Е. Ворошилова и М.П. Георгадзе, здесь без­ошибочно угадывается стиль Хрущёва, активно занимавшегося в эти годы ре­формированием армии.

В-третьих, невысокая численность награждённых за последние шесть лет нахождения Хрущёва у власти, очевидно, свидетельствует о том, что он не придавал большого значения массовому моральному поощрению трудя­щихся. В качестве подтверждения этого тезиса можно сослаться на то, что за «славное десятилетие» не было учреждено ни одного нового ордена или медали СССР.

Приход Брежнева к власти коренным образом изменил ситуацию. Уже в 1965 г. количество награждённых выросло в 20 раз по сравнению с 1964 г., а в 1966 г. было награждено около 673 тыс. человек. Массовое награждение при Брежневе достигло своего пика в 1971 г., когда ордена и медали СССР за год получили около 880 тыс. человек. За время нахождения Брежнева во главе СССР среднее количе­ство награждений составило около 288 тыс. ежегодно, а минимум 1969 г. (около 20 тыс. награждений) стал очевидным исключением. Стойкая тенденция к росту награждений очевидна, если сравнить следующие цифры: за трудовые заслуги в ходе выполнения семилетки (1959-1965) были награждены 164 225 человек, по итогам её выполнения - 643 494; по восьмой пятилетке (1966-1970) соответ­ственно - 41 521 и 854 624, по девятой пятилетке (1971-1975) - 1 102 928 и 255 713 человек. Количество трудящихся, награждённых по итогам десятой пяти­летки (1976-1980 гг.), составило около 440 тыс. человек.

Характеризуя распределение наград между отраслями народного хозяйст­ва, можно также сделать весьма интересный вывод о приоритетах внутренней брежневской политики, Так, в ходе и по итогам девятой пятилетки были на­граждены 1 253 745 человек, занятых в сфере материального производства, в том числе 637 237 работников сельского хозяйства и 616 508 - промышленно­сти, строительства, связи и транспорта. Превалирование награждений труже­ников сельскохозяйственного сектора становится ещё более очевидным, если соотнести число награждённых с количеством населения, занятого на тот мо­мент в обоих секторах экономики. Так, в «промышленном» секторе народного хозяйства трудились около 54 млн 193 тыс. человек (награждены около 1.1%), в то время как в сельском хозяйстве - 26 млн 700 тыс. человек (награждены 2.4%)26. Из 534 237 тружеников народного хозяйства, награждённых в 1976 г., 277 470 были заняты в сельском хозяйстве. Ещё более очевиден приоритет сельского хозяйства по данным статистики награждений за 1965-1975 гг. Все­го за эти годы были награждены 992 955 представителей промышленности и 1 221 738 работников сельского хозяйства.
Эта очевидная тенденция сохранялась до конца брежневской эпохи. Из 90.5 тыс. трудящихся, награждённых в 1982 г. за успехи в выполнении заданий 11-й пятилетки, 49.4 тыс. были работниками сельского хозяйства и 24.2 тыс. - ра­бочими промышленности. 11 января 1983 г. в докладной записке Отдела наград Президиума Верховного Совета СССР «О ходе выполнения постановления ЦК КПСС от 5 октября 1978 г. "О дальнейшем совершенствовании практики награж­дения орденами и медалями СССР"» отмечалось: «Как и до принятия постанов­ления ЦК КПСС, орденами и медалями в течение пятилеток отмечаются главным образом труженики сельского хозяйства, оборонных отраслей промышленности, строители. В [результате в] поощрении трудящихся государственными наградами по-прежнему сохраняется диспропорция». Такое превалирование села над горо­дом отражает как повышенное внимание, которое лично Брежнев традиционно уделял сельскохозяйственному производству, так и надежды, которые генсек воз­лагал на рычаг морального стимулирования в деле подъёма сельского хозяйства.

Если продолжать выделять специфические особенности и новшества бреж­невской «наградной» политики, то стоит остановиться ещё как минимум на двух моментах. После разового награждения в начале 1971 г. 854 тыс. трудящихся по итогам выполнения восьмого пятилетнего плана впервые стала применяться практика массового награждения орденами и медалями за успешное выполне­ние годовых народнохозяйственных планов и социалистических обязательств, а также членов производственных бригад и новаторов, показавших наивысшую производительность труда в отрасли, рекорды по выпуску продукции, досрочно выполнивших свои пятилетние планы. До этого, как отмечал в июне 1972 г. на­чальник Отдела наград А.Н. Копёнкин, «даже значительное проявление трудо­вого героизма слабо поощрялось орденами и медалями. В среднем ежегодно за трудовые достижения награждалось немногим более 5 тысяч человек, главным образом строителей и работников оборонной промышленности». В результате в ходе выполнения девятой пятилетки за 1971-1975 гг. были награждены около 1.1 млн человек, что составило абсолютный рекорд «погодовых» награждений при Брежневе. Однако ожидания руководства партии и государства в полной мере не оправдались, поскольку, как известно, восьмая, а не девятая пятилетка стала самой успешной за всю советскую историю. Эффект морального «под­стёгивания» экономики постепенно ослабевал, и уже в ходе десятой пятилетки количество ежегодных награждений заметно снизилось.

Следуя директивам ЦК КПСС и личным указаниям Брежнева, к наградам орденами и медалями СССР в ходе массовых наградных акций представлялись в подавляющем большинстве «простые» трудящиеся. Так, в записке генсеку, на­правленной секретарём Президиума Верховного Совета СССР М.П. Георгадзе 21 августа 1977 г. сообщалось о том, что за успехи, достигнутые в выполне­нии плана 1976 г., в мае-июне 1977 г. были награждены орденами и медалями 188 597 рабочих - передовиков народного хозяйства, из них 87.1% составили «труженики отраслей материального производства, принимающие непосред­ственное участие в производственном процессе». Как констатировалось в справ­ке, приложенной к записке, это составило «наивысший показатель удельного веса [награждённых трудящихся] за последние годы». Остальные 12.9% рас­пределились следующим образом; 10.5% - специалисты на производстве, 1% -руководители трудовых коллективов, 0.9% - сотрудники проектных, конструк­торских и научных организаций и 0.5% - работники партийных, комсомольских и профсоюзных организаций. В свою очередь решение ЦК КПСС, принятое в преддверии данного награждения, требовало, чтобы рабочие среди награждён­ных составляли не менее 85%, а руководители - не более 1.5%.

Ещё одной специфической чертой советской наградной системы при Брежневе стало её существенное расширение, выразившееся в учреждении новых орденов и медалей. По сути дела, именно при Брежневе наградная система СССР приобрела свои законченные черты. Речь в первую очередь идёт о четырёх новых орденах СССР - Октябрьской Революции (1967), Дружбы народов (1972), Трудовой Сла­вы трёх степеней (январь 1974 г.)36 и «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» трёх степеней (октябрь 1974 г.), причём орден Октябрьской Революции занял в иерархии советских высших наград второе место после ордена Ленина37. Но если введение в 1967 г. ордена Октябрьской Революции, первого из «брежнев­ских» орденов, было воспринято большей частью советской политической элиты с одобрением, вызвав поток телеграмм и писем граждан и трудовых коллективов с предложением наградить орденом № 1 В.И. Ленина, а заодно также - орденом «Победа» «за разгром интервентов и белополяков», то учреждение в 1974 г. пос­леднего из советских орденов, «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР», натолкнулось на весьма неоднозначную реакцию населения.

Крайнее недовольство главным образом высказывали ветераны Великой Отечественной войны. Они были возмущены тем, что согласно статуту нового ордена, лица, награждённые всеми тремя степенями, пользовались, в отличие от кавалеров боевых орденов, широкими льготами. По сути дела, учреждение нового «военного», или, как его часто характеризовали критики, «службистского», ордена сыграло роль «красной тряпки» для ветеранов. Как известно, выплаты так называемых наградных денег были прекращены вскоре после войны, равно как награждённым отказали в привилегиях и льготах, преду­смотренных статутом боевых наград. Теперь же на их глазах государство, не выполнив социальных обязательств по «старым» наградам, готовилось пойти навстречу пожеланиям армии и взять на себя новые обязательства. Ветераны не скупились в своих письмах на обвинения: «Обесценивание боевых орде­нов вызывает у нас полное несогласие», «Зачем высокие ордена превращать в железки?», «Почему же сейчас мы забыты, и ордена наши, которыми мы были награждены в военное время, стали как значки ГТО, ПВХО и прочие». Не­приязнь к новому ордену, а вернее, та несправедливость, которую он олице­творял, выражалась даже в неприятии его внешнего вида: орден представлял собой наложенные друг на друга две четырёхконечные звезды, т.е. фактиче­ски кресты, а это, как писал один из ветеранов, «уже не наш символ». «Я трижды орденоносец и сейчас в своём теле ношу 7 осколков, дважды ра­нен, контужен, а какие мои привилегии? Пока только одни аплодисменты... Учреждали бы ордена, когда наше поколение сойдёт со сцены, чтобы мы не знали», - с горечью предлагал ветеран Мишенин из г. Сумы.

Однако в целом активная часть населения поддерживала действия власти, на­правленные на расширение номенклатуры наград, выдвигая встречные предложе­ния об учреждении новых орденов и медалей. Участники Великой Отечественной войны предлагали ввести для них отличительные знаки «Ветеран войны», «Инва­лид войны», «Знак почёта и славы» и отдельный знак для полных кавалеров орде­на Славы, которые давали бы право на внеочередное обслуживание и избавили бы их от стояния в очередях, а также гарантировали бы свободное место в транспорте в час пик. Советы ветеранов настаивали на учреждении новых медалей, таких как «За сражение на Курской дуге», «За Керчь», «За Новороссийск» и т.д.

Предложения других групп населения отличались разнообразием, но в основном сводились к учреждениям наград для тех социальных или профес­сиональных сообществ, которые, как казалось инициаторам, были ущемлены в этом отношении. Так, в частности, в 1970-х гг. неоднократно предлагалось ввести ордена: «Учительская слава», «Медицинская слава», «Гражданской вой­ны» двух степеней, «Карла Маркса», «Гагарина», «Патриот коммунизма», «За мир и дружбу между народами», «Супружеская жизнь» двух степеней; меда­ли «Участника Гражданской войны 1918-1922 гг.» и «Общественник СССР»; звания: «Герой революции», «Герой Гражданской войны», «Герой Великой Отечественной войны»; почётные звания: «Почётный гражданин СССР», «Народный врач», «Народный учитель», «Почётный воин СССР»; нагруд­ные знаки: «Заслуженный пропагандист СССР», «Передовик производства», «Юный ленинец», «Красногвардеец - участник Великой Октябрьской соци­алистической революции», «Ликвидатор неграмотности в 1920-1925 гг.» и т.д. Как объяснял своё предложение один из многочисленных инициаторов, «жизнь советских людей, их труд - это героический подвиг перед всем чело­вечеством... Следовало бы установить более широкую систему поощрений тружеников страны»


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Wed Dec 02, 2020 12:28 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
Наименование наград момента учреждения В том числе за 1975 г.
награды
Орден «Материнская слава» I, II, III степени 3 953 895 190 286
Медаль Материнства I, II степени 10 309 076 251 514
Медаль «За отличие в охране государственной гра- 36 741
ницы»
Медаль «За отличную службу по охране обществен- 31 654
ного порядка»
Медаль «За отвагу на пожаре» 33 077
Медаль «За спасение утопающих» 17 732
Медаль «Ветеран труда» 676 312 609 854
Итого S5 058 492 1 054 923

Однако правительство не спешило идти навстречу этим пожеланиям, по­скольку в конце 1960-х - 1970-х гг. советская «индустрия» награждений набра­ла свои максимальные обороты, «создавая» ежегодно миллионы награждённых. Происходило это за счёт вручения помимо орденов и медалей СССР также орде­нов и медалей от имени Президиума Верховного Совета СССР и различного рода юбилейных наград. Массовость награждений от имени Президиума Верховного Совета СССР обеспечивали медали за многодетность и «Ветеран труда». Ста­тистика награждения данными наградами только за один 1975 г. приведена в таблице 2. За 1976 г. количество награждённых этими орденами и медалями вы­росло еще на 1 282 590 человек. Очевидно, что такая тенденция сохранялась до конца брежневской эпохи, К примеру, в 1977 г. медалью «Ветеран труда» были награждены уже 1 млн 455 тыс. человек, что на 592 тыс. больше, чем в 1976 г. Всего на 1 января 1983 г. эту медаль получили 14.9 млн человек, что составляет около 75% от общего числа лиц, вышедших на пенсию по возрасту с 1974 г.

Однако бесспорными лидерами среди советских наград стали медали, вручав­шиеся за оборону, взятие и освобождение городов и территорий в годы Великой Отечественной войны, а также медали «в связи с важными юбилейными датами в истории советского народа». По данным на 1975 г., их получили 95 105 840 че­ловек, в том числе 6 399 966 человек - в 1975 г. В 1976 г. количество отмеченных этими видами наград увеличилось ещё на 7 365 471 человека. Больше всего наградили медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», которую получили около 14.9 млн человек и юбилейной медалью «За доблестный труд (За воинскую доблесть). В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина» были награждены около 13.2 млн чело­век. Юбилейная медаль «Тридцать лет победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» только в 1975 г. была вручена около 6.2 млн человек, а в 1976 г. её получили ещё около 7.2 млн человек. Всего в ходе этой кампании были награж­дены 14 187 541 человек. Ещё одним «тяжеловесом» стала юбилейная медаль «60 лет Вооружённых Сил СССР», которой на 1 января 1980 г., после завершения «наградной» кампании, были удостоены около 9.9 млн человек.
В соответствии с принципом, согласно которому «награждения орденами и медалями являются постоянно действующим фактором морального поощрения трудящихся», массовые награждения традиционно приурочивались к знамена­тельным датам. Так, разовая наградная акция по итогам десятой пятилетки, в ходе которой ордена и медали были вручены 429 840 гражданам и 341 тру­довому коллективу, была проведена сразу же после завершения XXVI съезда КПСС. Вручение части наград в рамках этой кампании было также приуроче­но к 111-й годовщине со дня рождения В.И. Ленина, к 1 Мая и Дню Победы.

Особенно отличившимся награды вручались в Кремле представителями высшей партийно-советской элиты. Статистика таких награждений за послед­ние годы «застоя» также свидетельствует о развитии наградной «индустрии»: в 1978 г. в Кремле награды получили 1 462 человек, 1979 г. - 5 048, 1980 г. -10 660, 1981 г. - 32 405 человек. Как отмечал в своём отчёте 26 февраля 1982 г. А.Н. Копёнкин, начальник наградного отдела Президиума Верховного Совета СССР, «большое внимание вручению наград уделял генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев». Только в 1981-1982 гг. он провёл 24 церемонии вручения. Приоритеты были расставлены верно: больше Брежнева церемоний награжде­ний из 47 руководителей партии и государства провёл только первый замести­тель председателя Президиума Верховного Совета СССР В.В. Кузнецов. Прав­да, лидерство дряхлеющего генсека, которому ритуальные действа давались всё с большим трудом, было относительным. В ходе этих церемоний он наградил всего 55 человек - меньше, чем кто-либо из его соратников. В 1982 г. Брежнев провёл ещё 6 церемоний вручения, лично наградив 36 человек.

Впрочем, участие в ритуалах награждений всегда импонировало Брежневу. Ему нравилось самому играть роль, которая при Сталине отводилась «всесоюз­ному старосте» М.И. Калинину. Так, вылетев 8 июля 1965 г. вечером в Ленин­град в связи с торжествами по случаю присвоения городу звания «Город-ге­рой», уже ночью Брежнев передал в Москву указание отправить первым же рейсом в Ленинград через Президиум Верховного Совета СССР 1.5-2 тыс. юбилейных медалей «Двадцать лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», часть из которых он намеревался лично вручить ветеранам. Иногда круговорот церемоний затягивал Брежнева весьма сильно, только этим можно объяснить появление в его рабочем дневнике следующей парадоксаль­ной записи от 21 ноября 1977 г.: «Выбрать время для награждения уже награж­дённых».

Однако роль Л.И. Брежнева отнюдь не сводилась только к непосредствен­ному участию в церемониях награждений, она была куда шире. Именно Бреж­нев был тем руководителем партии и государства, который внёс существенный, если не главный, вклад в развитие советской индустрии награждений. Судя по доступным архивным материалам, в качестве определённой вехи здесь можно назвать 1972-1973 гг. Причин тому было несколько. Брежнев всегда придавал большое значение награждениям трудящихся, видя в них «глубокий по смыслу политический акт нашей партии и государства». Но в 1972 г. в СССР сложилась тяжёлая ситуация, которую сам Брежнев охарактеризовал следующим образом: «За 44 года пребывания в партии я видел многое, но такого трудного момента - я, конечно, исключаю войну, там были свои трудности - такого трудного года, ка­ким был прошлый, я не знаю. Засуху прошлого года, без преувеличения, можно назвать стихийным бедствием общегосударственного масштаба». В этих край­не неблагоприятных условиях ставка была сделана на наименее пострадавшие от катаклизма восточные регионы страны, куда лично отправился сам генсек. Ожидания руководства СССР оправдались: именно за счёт самоотверженного труда колхозников и рабочих совхозов Сибири, Казахстана и Средней Азии по­следствия засухи в какой-то степени удалось преодолеть.
В свою очередь Брежнев выступил с рядом инициатив, направленных на организацию массового награждения тружеников сельского хозяйства. 20 ок­тября 1972 г., находясь в больнице, он написал записку в Политбюро ЦК КПСС о награждении комбайнёров, трактористов, шофёров и работников заготови­тельных пунктов Сибири и Казахстана, отличившихся в ходе уборки урожая. Брежнев, в частности, предлагал: «Не представляя к награждению работников других категорий, наградить только рабочий класс». Этим генсек стремился подчеркнуть именно роль рядовых работников «в битве за урожай». Наиболее отличившихся он считал нужным наградить орденом Ленина, а более массовые награждения провести орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почёта», Красной Звезды и медалью «За трудовую доблесть».

Спустя десять дней Брежнев дополнительно предложил наградить весной-летом 1973 г. около 100-120 тыс. животноводов (около 2% работников отрас­ли), которые добьются наиболее выдающихся результатов по итогам зимовки скота в сложных условиях 1972 г. «Нам нельзя допустить ухудшения снабже­ния населения городов, промышленных центров мясом, молоком и другими продуктами», - так Брежнев мотивировал свою инициативу перед Политбюро. 9 ноября 1972 г. он внёс в Политбюро очередное предложение о награждении. На этот раз речь шла о 15-20 тыс. хлопкоробов, отличившихся в получении ре­кордного урожая 1971 г. и проявивших себя в ходе уборки в сложных условиях 1972 г. Выдерживая «классовый принцип», Брежнев рекомендовал наградить 90-92% рядовых работников, 8-10% специалистов и руководителей хозяйств, а также «отдельных работников партийных, советских, сельскохозяйственных и заготовительных органов». Соответствующее совместное постановление ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС и ЦК ВЛКСМ о проведении наград­ной акции было принято 30 ноября 1972 г. На следующий год история повто­рилась: по результатам уборки урожая 1973 г. Брежнев 22 октября предложил Политбюро ЦК КПСС наградить примерно 1% работников сельскохозяйствен­ной отрасли - около 250 тыс. человек.

Дополнительный весомый вклад в складывание «индустрии» награждений внесли военные, недовольные резким сокращением - в тысячи раз - награжде­ний по сравнению с первыми послевоенными годами. В соответствии с указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1957 г. была отменена практика награждений военнослужащих за выслугу лет. С этого момента воен­нослужащие Советской армии могли награждаться лишь за мужество и отвагу, проявленные при исполнении воинского долга и успехи в боевой и политиче­ской подготовке. В результате, если за 1945-1957 гг. за выслугу лет орденами и медалями были награждены около 2.5 млн генералов, адмиралов и офицеров, то в первое время после обнародования указа награждались в среднем около 400 человек ежегодно. Затем количество ежегодных награждений стало воз­растать. Так, в течение 1961-1966 гг. в среднем в год награждались до 3 тыс. человек. В 1967-1968 гг. в связи с 50-летием советской власти и Вооружённых сил СССР были награждены около 30 тыс. военнослужащих. В 1970-1972 гг. число награждений продолжало увеличиваться, составив около 10-13 тыс. че­ловек в год. Всего за 1958 - первое полугодие 1973 г. были награждены 79 635 военнослужащих, 68 из них стали Героями Советского Союза, 26 - Героями Социалистического Труда. Больше половины из этого числа составили награж­дения за успехи в боевой и политической подготовке (37 584 человек), мень­шую часть - за образцовое выполнение специальных заданий правительства и командования. Под этой громкой фразой скрывалась практика награждений за выполнение заданий по уборке урожая (22 379 человек) и исполнение дру­гих производственных работ в рамках оказания помощи народному хозяйству. Такая ситуация отнюдь не вызывала восторга командного состава, в первую очередь генералитета. По данным Министерства обороны СССР, в среднем среди каждых 100 генералов и старших офицеров боевыми орденами и меда­лями были награждены 8 командиров бригад и дивизий, 6 командиров полков, 3 командира батальонов и дивизионов, один командир батареи. Среди десяти военных орденов СССР только один - орден Красной Звезды - мог вручаться за военные заслуги мирного времени.

Выход из ситуации А.Н. Копёнкин видел один - учреждение нового орде­на, статут которого позволял бы широко награждать военных в мирное время. Соответствующую записку он адресовал 28 сентября 1973 г. Н.В. Подгорно­му. Тот вернул её без каких-либо комментариев. Тогда Копёнкин обратился непосредственно к Брежневу. Предложение заведующего наградным отделом генсек одобрил, он и сам уже склонялся к идее увеличения количества награж­дений военных. Об этом свидетельствует фрагмент выступления Брежнева на совещании руководящего состава Вооружённых сил СССР 25 апреля 1972 г. Он настолько образно и ярко характеризует отношение Брежнева к «наградному» стимулированию, и не только военных, что имеет смысл привести цитату це­ликом: «Думаю, что [имеет место] неплохая практика, которая, на мой взгляд, начинает внедряться и укрепляться в практике нашей работы. Это награжде­ние и рядовых, и офицерского состава за успехи в практической деятельности, так как мы воевать не собираемся, и может быть, слава Богу, добьёмся, чтобы её [войны] на ближайшее будущее не будет, то нет повода военнослужащим получить орден - рабочий может, колхозник может получить, учёный может получить орден. Учреждение какое-то получает. Смотришь, и Мане, и Тане какой-то "Знак Почёта" попадает, а армия? Поэтому на награждение я охотно иду за подвиги в воздухе, за всякого рода заслуживающие внимание плава­ния - подводные, надводные, за помощь народному хозяйству во время уборки урожая, за отличную организацию учёбы как летней, так и зимней. Я вижу, что вот недавно я подписал [представление] тоже что-то [на] 900 или сколько там человек ([А.А.] Гречко - 2 тыс. 200 человек). Я уже не смотрел число. Потому что посмотришь и испугаешься. Говорят, что заслуживают. Подписал. Я ду­маю, что это хорошая практика. Лишнего, конечно, не надо делать. Но то, что идёт на пользу. То будут награждаться действительно люди, такие, какие могут служить примером соседу и рядом работающему товарищу, партия не пожале­ет не только знака, но и любого ордена. Стимул моральный должен относить­ся не только к рабочим, служащим, интеллигентам, но в полной мере должен относиться и к армии. Это, наверное, будет правильно». Показательно, что именно летом 1972 г. Брежнев зафиксировал в своём дневнике: «26 июля. Ве­чер- встретился с Щиколаем] Викторовичем Подгорным]... Посоветовались о юбилейных медалях и новых орденах».

Инициатива Копёнкина получила полную поддержку Брежнева. В итоге, в октябре 1974 г., как писалось выше, были учреждены орден «За службу Родине в Вооружённых силах СССР» трёх степеней и медаль «За отличие в воинской службе» двух степеней. По-видимому, не стоит недооценивать роль Копёнкина в развитии наградной системы. Он был человеком из ближнего брежневского окружения, дневники приёмной генсека фиксируют десятки его контактов с Брежневым, и именно слова Копёнкина, а не чьи-то другие, с гордостью занёс в свой дневник свежеиспечённый маршал: «10 Мая 1976 г. Вручение большой "Маршальской звезды". Говорил с тов[арищем] Копёнкиным А.Н. Он сказал: голос офицера слышал, голос генерала слышал, а теперь рад, что слышу голос Маршала». Такой умелый царедворец, как Копёнкин, просто не мог не дей­ствовать в интересах возглавляемого им ведомства.

Не скупясь на награды для рабочих и колхозников, генсек, как primus in­ter pares, конечно же, никогда не забывал и о своей личной гвардии, о людях, которые являлись его главной опорой - о первых руководителях партии и го­сударства, о партийно-государственных элитах вплоть до уровня секретаря об­кома КПСС. Так, в преддверии ноябрьских торжеств 1973 г. Брежнев обратился с личным письмом к М.А. Суслову, в котором изложил свои предложения о награждении орденами Октябрьской Революции, Ленина и присвоении звания Героев Социалистического Труда первым секретарям обкомов РСФСР, Украи­ны и Казахстана, а также секретарям республиканских ЦК «в связи с их огром­ной работой, проведённой в текущем году по выполнению решений ЦК КПСС о подъёме сельского хозяйства и промышленности». При этом речь шла о на­граждении «первой очереди товарищей». В перечень из примерно 40 фамилий, лично названных Брежневым, попали в том числе секретари Краснодарского крайкома С.Ф. Медунов, Ставропольского обкома - М.С. Горбачёв, а также В.В. Щербицкий, Д.А. Кунаев и М.С. Соломенцев. Секретарям обкомов КПСС Целиноградской, Кокчетавской и Северо-Казахстанской областей Брежнев рекомендовал «как минимум (sic! - В.Д., А.С.) присвоить также звание Героя Социалистического Труда».

В личном фонде Брежнева также сохранилась любопытная записка К.У. Чер­ненко от 14 февраля 1975 г., в которой тот сообщал генсеку о подготовленных им «списках именинников», включавших в себя членов и кандидатов в члены Политбюро, секретарей ЦК, заместителей председателей Совета министров СССР и министров. Отдельно был подготовлен «список товарищей, которым исполняется определённое количество лет в ближайшие дни». Резолюция Брежнева гласила: «Иметь у себя и напоминать мне дней за десять». В свою очередь полный список первых секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов КПСС по состоянию на 10 сентября 1976 г. содержал на 17 листах все данные об их награждениях, в том числе когда и каким орденом было проведено последнее из них, а также даты рождений секретарей. Воз­главлял список первый секретарь ЦК КП Украины, Герой Социалистического Труда и кавалер пяти орденов Ленина В.В. Щербицкий, а заканчивал секретарь Чарджоуского обкома КПСС В.Ч. Чарыев, кавалер орденов Ленина и Трудового Красного Знамени.

Брежнев также лично отслеживал, чтобы элита в полной мере пользовалась привилегиями, связанными с награждениями. 1 апреля 1973 г. он обратился с запиской в Политбюро ЦК КПСС об «имеющихся недостатках в практике по­ощрения людей, удостоенных звания дважды Героя Советского Союза и дваж­ды Героя Социалистического Труда». В записке Брежнев потребовал устранить несправедливость в отношении тех дважды Героев, которым не был установ­лен бронзовый бюст на родине вследствие «имевшего в недалёком прошлом субъективизма».

Из года в год Брежнев привычной рукой тасовал большой пасьянс награж­дений номенклатуры партии, государства и армии. Так, 12 февраля 1968 г. он за­писал в своём дневнике: «Гречко - ор[ден] Ленина; Ворошилов, Будённый - Ге­рои; Епишеву-Ленина; Тимошенко, Ерёменко, Баграмян, Москаленко-орд[ен] Октябрьской [Революции]. Дать по "Чайке" всем маршал[ам]»70. Особенно частыми записи о награждениях элиты стали со второй половины 1970-х гг. Вот одна из характерных записей от 25 января 1978 г.: «9 ч[ас1. 35 мГин|. я на работе в Кремле. Поздравил Шеварднадзе с награждением [к] 50 лет[ию] -ор[деном] Ленина. Принимал Д.Ф. Устинова. Вопросы 60-тия Армии. Моска­ленко - дать 2-ю Звезду Героя. Епишев - дать звание Героя; Кара[о]гланову -звание Героя соцтруда и другие присвоения и награждения». Брежнев обязательно звонил награждённым, чтобы поздравить их лично, создав тем самым ещё один ритуал, укреплявший его персональные связи с пар­тийно-государственными, научными и творческими элитами. Следующие запи­си, приведённые в дневнике за 1976 г., весьма типичны в этом отношении: «22 Апреля 1976 г... Поздравил т[оварища] Ломакина с награждением] орд[еном] Ленина»; «31 Мая. Поздравил т[оварища] Мельникова Л.Г. орд[еном] Лени­на»; «1-ое июня. Свердловск. Яков Петрович Рябов. Поздравление и в связи с вручением ордена»; «6-ое [июня]. Воскресенье. Поздравил Бондаренко с награждением ордена Ленина»; «14-ое августа. О поздравлении с присвоением звания дважды Героями - т[оваришей] Уткина Владимира Фёдоровича и Ма­карова Александра Максимовича»; «25 августа. Вручил орден т[оварищу] Ря-бенко А.Я. Ужинали все коллективно»; «29-ое Сентября... Принимал Андро­пова, Щёлокова. Поздравил их с вручением им погон и марш[альских] звёзд»; «14 сентября. Поздравил Налболдяна Дмитрия Аркадьевича] с присвоением ему звания Героя», «26 декабря. Понедельник. Поздравил Орлова со звани­ем Героя. Поздравил Демиденко со званием Героя»; «28 декабря. Поздравил т[оварища] Моргуна Ф. со зван[ием] Героя Социалистического] Труда».

Брежнев, как правило, охотно давал согласие на награждение партийно-го­сударственных элит, в том числе и иностранными знаками отличия, но и здесь стремление к ритуализации и упорядочиванию процесса зачастую одерживало верх. Так, 11 мая 1977 г. К.В. Русаков проинформировал Брежнева о просьбе Э. Хонеккера наградить чрезвычайного и полномочного посла СССР в ГДР П.А. Абрасимова в связи с его 65-летием. Но Брежнев неожиданно заупрямил­ся: «Я подписал ответ Хонеккеру - через посла ГДР - что у нас эта дата не является юбилейной». В свете этого маленького инцидента возможно более понятной становится дневниковая запись генсека от 2 октября 1972 г.: «Разго­варивал с товарищем] Долгих. Кому и когда: 60-летие или 50-тие».

Чем больше старел Брежнев, тем более скрупулёзно он фиксировал в своих рабочих дневниках факты награждения ближайшего окружения. Вот лишь только несколько записей за 1982 г.: «25 февраля 1982 г. Провёл награждение тов[арища] Кунаева Д.А. 3-й звездой»; «9 марта 1982 г. Замятин Леонид Митр[офанович] 60 ле[т] награждён орденом Ленина»; «11 Марта. Четверг. Поздравил Георгадзе с 70-тием, награжденьем орденом Ленина. Алиев Гейдар Алиевич благодарил за награждение орденом Октябрьской Революц[ии]»; «26 мая - Поздравил Яноша Кадара с днём семидесятилетия и награждением] ор[деном] Ленина»; «31-ое Мая. Понедельник. Провёл Президиум Верховного Совета. Вручил там же ор­дена награждённым»; «2-ое Июня. Среда. Провёл переговоры с Чехословацкой делегацией во главе с товарищем] Гусаком. Присутствовал, когда награждался т[оварищ] Черненко»; «8 июня. Муравьёв Е.Ф. благод[арил] за награждение] [Куйбышевской] области [орденом] Ленина» и т.д.

Дневниковые записи о наградах и награждениях открывают Брежнева под­час с неожиданной стороны. Одна из первых дневниковых записей, посвящен­ных наградам, относится к ноябрю-декабрю 1967 г. и гласит: «О награждении кабардинцев - карачаевцев и других, кого выслали во время войны, их зажима­ли - к Дню Победы наградить». Брежнев был достаточно чуток и для того, чтобы 4 февраля 1968 г. отметить в дневнике: «Утром передача по телевиде­нию, кто-то выступал из партизан, рядом с ним разведчица - 4 года была в тылу [врага]. Награждена ли она???». Посмотрев в конце 1981 г. уже давно вышед­ший на экраны фильм «Тихий Дон» и впечатлившись игрой актера П.П. Гле-бова, сыгравшего роль Григория Мелихова, Брежнев записал 7 декабря 1981 г.: «Шауро о Глебове. Орден Ленина и звание народного артиста».

И всё же таких неординарных, искренних записей подавляющее мень­шинство. Судя по дневнику, гораздо большее значение Брежнев придавал на­граждениям, имевшим большой пропагандистский эффект. Так, 14 августа 1976 г. он записал: «Сделал телефонный звонок о возможном награждении олимпийцев». Запись от 23 августа 1977 г. гласит: «Гужеев и капитан Кучиев. Вносят 350 челов[ек]. 5 героев по ледоколу Арктика. Сам[ому] кораблю [орден] Октябрьской Революции». Речь здесь шла о награждении министра морского флота Т.Б. Гуженко, капитана атомного ледокола «Арктика» Ю.С. Кучиева и особо отличившихся членов экипажа за успешный поход к Северному полюсу. Соответствующий указ Президиума Верховного Совета СССР был обнародо­ван 17 сентября 1977 г.

Но главной своей прерогативой, наряду с вручением орденов и медалей пар­тийным секретарям и генералам, Брежнев, безусловно, считал награждение кос­монавтов. Дневники его приёмной из года в год регулярно отмечают выезды Бреж­нева в Кремль для их чествования. Неоднократно пишет об этом и сам Брежнев: 11 апреля 1978 г. -«Вручил награды космонавтам»; 12сентября 1978 г.-«Вручил награды космонавтам. Быковскому орд[ен] Ленина и Звезду Героя Иену Зигмун­ду»; 15 ноября 1978 г. - «Вручил ордена космонавтам Иванченкову А., Коваленку В.»; 7 сентября 1979 г. - «Вручение наград космонавтам в 11. 30 тов[арищам] Ляхову и Рюмину», 18 июня 1980 г. - «Вручил ордена космонавтам т[оварищам] Малышеву Ю.В., Аксёнову В.В.» и т.д. Одна из курьёзных записей о награжде­нии космонавтов выдаёт ослабление памяти у стареющего Брежнева. Не в силах запомнить фамилию румынского космонавта Думитру Прунариу, он лаконично отмечает 2 июня 1981 г.: «Вручил награды космонавтам Попову и Румыну».

Брежнев закономерно стал гипертрофированным персональным воплоще­нием и гротескным символом «индустрии» награждений, маховик которой он так прилежно раскручивал. Свою роль в этом, помимо прочего, сыграло нездо­ровое честолюбие генсека, которое как нельзя лучше характеризует его следу­ющая собственноручная запись. 10 мая 1978 г. он с глубочайшим удовлетворе­нием констатировал: «Долгих [рассказывал] о поездке в Испанию - Куньял передавал горячие приветы, при упоминании моего имени все встают. Хотят издать на своём языке [мою] книжку "Малая земля"». Другие дневниковые заметки только подкрепляют впечатление, насколько сильным было удоволь­ствие Брежнева от награждений и аналогичных знаков внимания, и насколько заслуженным воспринимал он всё происходящее. Здесь, судя по дневниковым записям, рубежом стал 1976 г. - год 70-летнего юбилея Леонида Ильича: «7-ое Мая. Говорил с товарищем] Новиковым И.Т. Поздравлял с присвоением [мар­шальского звания]»; «10 Мая 1976 г. Вручение большой "Маршальской звезды". Говорил с т[оварищем] Медуновым, на селе - хорошо - поздравлял с присвоением и т.п.»; «2-ое Ноября. Вторник. Приезд тов[арища] Гусака Г.Н. Встреча. Перегово­ры с товарищем] Гусаком. Вручение наград во Владимирском зале. Его и моё вы­ступления. Обед в честь т[оварища] Гусака в Екатерининском зале. Присутствуют все чл[ены] Щолит] Б[юро] - Секр[етариа]та. Проводы т[оварища] Гусака - Вну­ково. 3-е ноября - Среда. Поздравил т[оварищ] Алиев Г.А. с награждением меня -Гусаком»; «13-ое Декабря - Понедельник. Встреча т[оварища] Хонеккера 11 утра. 12.30 вручение наград. Обед - отлёт».

Однако «юбилейные» наградные процедуры на этом не закончились, их эс­тафету в 1977 г. подхватило сначала руководство комсомола, намеревавшееся вручить Брежневу комсомольский билет № 1. 14 апреля 1977 г. Брежнев фик­сирует: «Переговорил с Подгорным, с Сусловым, Косыгиным: о вручении мне комс[омольского] бил[ета]. Вручение комсомольского билета № 1. Речь Тяжельникова, моё выступление». Инициативу комсомольцев поддержали журналисты: «27 апреля среда. Принял тов[аварищей] журналистов Афанасьева Виктора Гри­горьевича, Лапина Сергея Григорьевича, Замятина Леонида Митроф[ановича]. Мне выписан от об[шества] жур[налистов] бил[ет] № I». Ближе к концу года генсека наградой побаловали уже учёные: «16-ое Ноября - Среда. В 11 ч[асов] дня состоялось вручение мне Золотой медали Карла Маркса. Вручал академик (Председатель] Акад[емии] наук) Александров А.П.».

В 1978 г. Брежнева наградили военные. Речь шла о высшей полководче­ской награде СССР - ордене «Победа». Брежнев не удержался и сначала озна­комился с раритетом, о чём не преминул отметить в дневнике: «15 февраля, среда. Разговаривал с Копёнкиным. Смотрел орден "Победы"» 20 февраля в дневнике отмечено вручение ордена и «поздравление товарищей». На награж­дении присутствовали 30 маршалов, адмиралов и генералов в ранге не ниже генерал-лейтенанта". Показательно, что как текст поздравления вручавшего орден М.А. Суслова, так и текст ответной речи Л.И. Брежнева были напечата­ны крупным кеглем, удобным для старческих глаз.

1979 г. уже традиционно принёс очередную советскую награду, на этот раз приуроченную к юбилею кампании по освоению целинных и залежных земель: «22 Марта. Четверг. Беседовал с товарищем] Черненко. Провёл Политбюро ЦК. [Василий Васильевич] Кузнецов вручил орден - Октябр[ьской] Революции] за целину. Принимать буду». О следующем ордене Октябрьской Революции, вручённом в конце 1980 г., Брежнев записал скупо: «18-ое Декабря. Четверг. Политбюро ЦК. Вручение награды». В очередном «юбилейном» 1981 г. Брежневу были вручены два «советских» знака отличия, что и было отмечено в дневнике: «29-ое Октября. Четверг. Провёл Политбюро. Получил значок за 50 лет в КПСС» и «19 Декабря. Суббота. Состоялось вручение награды мне. Вручал М.А. Суслов, я отвечал. Переговорил с товарищем] Ярузельским. Он поздравил с награждением. Получил жёлтенькие по 28 включительно». Эта запись, где сведения о награждении непосредственно соседствует с упомина­нием пресловутых «жёлтеньких», лечебных препаратов, без которых Брежнев, оказавшийся в состоянии медикаментозной зависимости, очевидно, уже не мог существовать, свидетельствует о глубоком кризисе личности генсека.

С награждениями Брежнева орденами и медалями иностранных государств дело доходило до абсурда. Именно массовое вручение наград вассальных, по своей сути, иностранных государств, стало притчей во языцех и одной из при­чин дискредитации Брежнева в глазах народа. Соответствующее решение, впрочем как и в случае с награждением советскими орденами и медалями, принималось Политбюро ЦК КПСС, которое определяло, принимать или не принимать Брежневу очередную иностранную награду. Основанием для реше­ния Политбюро выступала инициатива со стороны первых лиц дружественных правительств. Так, летом 1973 г. с ходатайством о присвоении Брежневу звания Героя Народной Республики Болгария и награждении его орденом Димитрова выступил Т. Живков. Политбюро ЦК КПСС выразило своё согласие 3 сентября 1973 г. Соответствующая выписка из протокола Политбюро в первую оче­редь отправлялась потенциальному «имениннику» - самому Брежневу. Причём эта игра в демократию воспринималась всеми заинтересованными сторонами весьма серьёзно. 14 октября 1976 г. Брежнев записал в дневнике: «Провёл По­литбюро. Поблагодарил товарищей] за согласие и единодушное решение по награждению] меня дважды Героем Чехословакии. Затем ряд решений за по­весткой дня». В 1976 г. Политбюро неоднократно принимало соответствую­щие постановления - Брежневу исполнялось 70 лет и лидеры социалистичес­ких стран вступили между собой в своеобразное соревнование. Приходилось ударно трудиться и членам Политбюро. Например, 17 ноября 1976 г. Политбю­ро приняло сразу два постановления о награждении Брежнева: второй Золотой звездой Героя Народной Республики Болгария и звездой Героя Германской Де­мократической Республики.

Иногда гротеск переходил все мыслимые границы. Так, 6 ноября 1981 г. Политбюро дало своё согласие на награждение Брежнева высшим орденом Де­мократической республики Афганистан (ДРА). Курьёз заключался в том, что сам орден ещё предстояло изготовить, и Политбюро постановило: «Поручить аппарату Президиума Верховного Совета СССР организовать изготовление в СССР некоторого количества высшего ордена ДРА "Солнце Свободы" и дру­гих необходимых предметов в соответствии с просьбой афганской стороны и по подготовленным ею эскизам». Всё было изготовлено оперативно, и уже 16 декабря 1981 г. Брежнев смог отметить в дневнике: «Принял Кармаля Бабрака. Получил их орден».

В других случаях награды изготавливать самим не приходилось, но совет­ское государство оплачивало визиты глав делегаций дружественных государств, прибывших вручить Брежневу очередной знак отличия. Постановление Полит­бюро от 9 декабря 1976 г. «О дружеском визите в СССР т[оварища] Я. Кадара» является в этом отношении типичным: министерству путей сообщения СССР приказывалось выделить вагон для поездки венгерской делегации в Москву и обратно, саму делегацию размещали в государственном особняке на Ленин­ских горах, а расходы, связанные с визитом, компенсировались средствами из резервного фонда Совета министров СССР.

Иногда нехитрой приманкой для Леонида Ильича выступала редкость зару­бежной награды. Так, сообщая шифровкой 19 июня 1980 г. об инициативе руко­водства Социалистической Республики Вьетнам наградить высшим орденом республики - «Звездой Героя» - Л.И. Брежнева, А.Н. Косыгина и М.А. Сус­лова, советский посол во Вьетнаме И.А. Огнетов не преминул подчеркнуть слова министра канцелярии By Тана, согласно которым до сего момента этим орденом были награждены «только т[оварищ] Тон Дык Тханг и Вьетнамская народная армия».

Наряду с официальными наградами иностранных государств, брежневскую коллекцию время от времени пополняли различные памятные знаки, изготовлен­ные за рубежом, которые либо напрямую льстили самолюбию генсека, либо их да­рители надеялись встретить его благосклонное отношение, уповая на оригиналь­ность подношений. Так, в июне 1976 г. посол СССР в Швейцарии П.И. Герасимов передал для вручения Брежневу медаль, изготовленную известной швейцарской фирмой «Хугенин медайер, Ле Локль» (Huguenin Medailleurs, Le Locle). На аверсе медали был изображён Брежнев, на реверсе выгравирована надпись на трёх язы­ках: «Люди, которые творят историю». Руководство фирмы надеялось, что медаль понравится Брежневу «как тщательностью выполнения, так и своим внешним видом» и просило передать генсеку свои наилучшие пожелания.

В марте 1982 г. Брежнев отметил в дневнике вручение ему, как оказалось, последних иностранных наград: «17 марта 1982 г. Принял золотую медаль Все­мирного Союза»; «18 марта 1982 г. Принял награду от Лаосца». Однако и здесь история немного подшутила над Брежневым: ещё 15 декабря 1981 г. ему было присвоено звание Героя Республики Куба, и он был награждён высшим ку­бинским орденом «Карлоса Мануэля де Сеспедеса», но нерасторопные кубинцы не удосужились оперативно вручить награды. Золотую звезду Героя и орден до­ставила в Москву кубинская делегация, прибывшая на похороны Брежнева.

Практика награждений «брежневской эпохи» без сомнения имела специфи­ческие, свойственные только ей черты. Её характеризовали массовость награж­дений, в том числе по результатам выполнения ежегодных плановых заданий, общий рост количества награждений, в том числе военных в мирное время, разовые акции по награждению отдельных групп трудящихся, абсолютное пре­валирование «простых» крестьян и рабочих среди награждённых, численное преобладание наград, выделяемых для сельскохозяйственного сектора, над промышленным, «наградные» лимиты.

Орденами и медалями ежегодно награждались сотни тысяч, а зачастую и миллионы человек, что выступило мощным средством идентификации широких слоев населения с правящим коммунистическим режимом. Приспособление на­рода к власти и власти к народу осуществлялось на «встречных курсах». Власть фактически отказалась от массовых политических репрессий и внеэкономичес­кого принуждения к труду, сделав главную ставку на идеологию и моральные стимулы поощрения. В свою очередь, население во многом усвоило и воспри­няло главные «социалистические» ценности и идеалы. Адаптация и идентифи­кация населения с политическим режимом зашли настолько далеко, что подав­ляющее большинство населения, за исключением диссидентов, не представляло себе реформирование и изменение существующих порядков «развитого социа­лизма» вне рамок существующей политической системы. Таким образом, массо­вые награждения, в результате которых в пантеон героев ежегодно зачислялись миллионы граждан, стали мощным средством легитимации советской системы.

Ответить на вопрос о том, насколько моральное поощрение стало фактором, позитивно повлиявшим на экономику, гораздо сложнее. Можно с большой долей уверенности предположить, что в результате массовых награждений часть ра­ботников колхозов, совхозов и промышленных предприятий выбрала для себя в качестве стратегии повседневного поведения так называемое ударничество - они трудились с высокой степенью отдачи, активно участвовали в социалистическом соревновании, выполняли и перевыполняли плановые задания и т.д. Подобное поведение также давало право на карьерный рост, более высокий уровень оплаты труда, получение льгот. Однако также очевидно, что только моральные стимулы к труду не смогли решить главных проблем советской экономики. Отсутствие мотивации труда и материального стимулирования в условиях «уравниловки» в промышленности и отчуждение работников от средств и результатов труда в сельском хозяйстве порождали в качестве ответной реакции у большинст­ва трудящихся рост социальной апатии и равнодушия к делам производства и общественной жизни, усугублявшихся массовым пьянством.

Награждения самого Брежнева были только верхушкой айсберга выстроен­ной им системы. Человек, чьим попечением лацканы парадных пиджаков со­ветских граждан ежегодно украшались очередными сотнями тысяч, а зачастую и миллионами орденов и медалей, полагал справедливым, что его заслуги пе­ред партией и государством также должны быть вознаграждены достойно. Бу­дучи фактически единственным участником войны среди членов Политбюро, прослужившим на театре боевых действий все четыре года, Брежнев и в этом отношении имел, как он, очевидно, считал, больше всего прав быть награждён­ным. Без сомнения, в нездоровой страсти к коллекционированию наград свою роль сыграло гипертрофированное тщеславие Брежнева. Можно также пред­положить, что в последние годы его жизни ритуалы массовых награждений всё больше и больше подменяли собой для генерального секретаря ЦК КПСС и политического руководства СССР реальную деятельность, одновременно создавая эффект благополучного «золотого века».


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
PostPosted: Wed Dec 01, 2021 2:55 pm 
Offline
с доступом

Joined: Sun Jan 17, 2010 7:01 pm
Posts: 4924
19 декабря 1906 года родился Леонид Ильич Брежнев. В 70-х и 80-х годах день рождения Генсека КПСС был весьма значимым событием, а самому Брежневу вручались ордена, медали и прочие награды, количество которых у него стало одним из самых ярких стереотипов о советских лидерах.
Сегодня мы хотели бы подробнее рассмотреть, каких наград был удостоен Брежнев, какие экземпляры в его "коллекции" самые интересные и экзотичные, а также привести другие интересные факты о наградах первого лица Советского Союза в 1964-1982 годах.

1. Леонид Ильич Брежнев не просто получил значительное число наград, но и даже умудрился попасть с ними в "Книгу рекордов Гиннеса" как "самый награждаемый человек в мире". В издании от 1991 года в его списке фигурируют 15 орденов и 18 медалей СССР, а также 29 медалей и 49 орденов зарубежных государств. Точность этих цифр подвергают некоторым сомнениям (в советские годы полные списки не публиковались, отсюда и возможные неточности), однако сам факт подобного рекорда впечатляет.

2. Любопытно, что при всем изобилии прижизненных наград, посмертно Брежнева уже не награждали. Более того: во время "перестройки" некоторых наград он посмертно лишился. Это орден "Победа" - высшая военная награда СССР, а также польский орден Воинской доблести (Virtuti Militari).

3. Ходит популярная байка, согласно которой Брежневу из-за наград приходилось носить китель, весивший 6 килограмм. На самом же деле его награды никто не взвешивал. Но сам такой китель действительно был бы более чем увесистым. Носить его было физически невозможно, так что одновременно все свои медали Леонид Ильич не надевал. Как правило, он ограничивался "Золотыми Звездами", "Серпом и Молотом", знаками премий Ленина и иногда планками орденов.

4. Были у Брежнева и такие награды, которые были учреждены специально для него. В октябре 1981 года к 50-летию пребывания Леонида Ильича в КПСС был введен знак с названием, как нетрудно догадаться, "50 лет пребывания в КПСС". ЦК торжественно вручил знак Генсеку, что он сам прокомментировал следующим образом: "Что касается меня, то, получая этот почетный знак, я испытываю понятное волнение. И не просто волнение, а чувство глубокой благодарности к великой партии Ленина".

5. Спустя два месяца случился своеобразный рекорд. Брежнев праздновал свое 75-летие, и к этому празднику он получил сразу тринадцать различных наград восьми государств.

6. Помимо государственных наград Брежнев получил немало ведомственных. В 1977 году он получил членский билет Союза журналистов СССР. Вместе с ним Брежневу достался и еще один нагрудный знак: Леонид Ильич получил право на ношение подтверждающего членство значка.

7. Ряд наград Леонид Ильич получал неоднократно, причем заметно чаще других. Например, четырежды Героем Советского Союза кроме Брежнева становился только маршал Жуков. А вместе с наградой Героя Социалистического Труда он оказался обладателем сразу пяти "Золотых Звезд", а такой чести кроме него не удостоился никто.

8. Число зарубежных наград Брежнева по разным подсчетам составляет от пяти до семи десятков. Среди них ордена и медали Аргентины, Афганистана, Гвинеи, Вьетнама, Болгарии, Венгрии, Индонезии, ГДР, Кубы, Лаоса, КНДР, Йемена, Монголии, Перу, Польши, Югославии, Эфиопии, Чехословакии, Финляндии, Румынии. Некоторые из них были учреждены несколько веков назад, многие присуждаются и сейчас.


Top
 Profile Send private message  
Reply with quote  
Display posts from previous:  Sort by  
Post new topic Reply to topic  [ 9 posts ] 

All times are UTC + 2 hours [ DST ]


Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 4 guests


You cannot post new topics in this forum
You cannot reply to topics in this forum
You cannot edit your posts in this forum
You cannot delete your posts in this forum
You cannot post attachments in this forum

Jump to:  
cron
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group